В тот вечер она решила сказать ему, что им
больше не нужно встречаться. И после уже привычной прогулки остановилась и
серьезно с грустью сказала: «Мне было хорошо с тобой, я снова вернулась к
жизни, но нам больше не нужно видеться». Тогда она не верила, что после
неудачных отношений жизнь приготовила ей подарок - быть счастливой…
Хрупкая, кареглазая,
с внимательным и приветливым взглядом. Целеустремленная, с внутренней дисциплиной,
умная и независимая, уверенная в себе. Элегантная, светская и женственная…Такой
она прошла с ним через всю жизнь. Жена первого президента СССР, Раиса Максимовна
Горбачева.
«Как ты
себя чувствуешь, Михаил Сергеевич? Устал?». Во время рабочего дня из Фонда
культуры она звонила ему. В тот момент ее глаза загорались, и ощущалась
атмосфера искренней любви, счастья, понимания, согласия, которые объединяли
двух людей.
Они любили
друг друга, и им никогда не было скучно вместе. Если сначала была молодая
страсть, то потом добавились сотрудничество, дружба, когда они друг другу могли
сказать все. Они оказались единомышленниками во взглядах на жизнь. «Наши отношения,
наши чувства с самого начала были восприняты нами как естественная,
неотъемлемая часть нашей судьбы. Мы поняли, что друг без друга она немыслима,
наша жизнь. Наше чувство было самой нашей жизнью», - позже говорила Раиса
Максимовна в своей книге.
Она
хотела, чтобы муж рассказывал ей, чем он занят, о чем думает, к чему стремится.
Она жила его жизнью. Каким бы долгим ни был день, когда он возвращался домой,
они шли гулять. И пока бродили, обсуждали все, решительно все! «Мы просто любим
быть вдвоем, это наше любимое времяпрепровождения», - говорила она. Горбачеву
нужно было не просто выговориться, но и поделиться мыслями и эмоциями с самым
близким и самым понимающим его человеком. Таким человека была для него жена.
Трогательные
отношения, непривычная забота, привычка быть рядом. На протокольных церемониях
и деловых встречах всегда было присутствие Раисы Максимовны. И там, на виду у
телекамер, Михаил Сергеевич машинально, явно по многолетнее привычке, брал
Раису за руку. Когда американские журналисты однажды спросили у Горбачева, какие серьезные вопросы он обсуждает с женой, тот подумал и ответил: «Все».
Из воспоминаний друга семьи Горбачевых. «Мне пришлось наблюдать, как в
перерывах памятного декабрьского съезда к ней не раз обращались депутаты:
— Раиса Максимовна! Зачем Вам здесь сидеть?
Только душу рвать? Уж тогда лучше дома, по телевизору посмотреть.
Она, разумеется, не ушла. Уже не раз писали, что она бывает практически
на всех выступлениях мужа — в стране и за рубежом. На зарубежных
пресс-конференциях сидит где-нибудь в первом ряду. В стране на первые ряды, под
телевизионные камеры не садится, но в любом зале нет, пожалуй, у него более
чуткого слушателя».
«Главное ведь —
дело Михаила Сергеевича, его соратников и сторонников. Оно, его дело,
определяет, в сущности, и мою сегодняшнюю жизнь».
На день
Советской армии Раиса Горбачева всегда дарила мужу фиалки. И не растерялась,
даже будучи в поездке в Лос-Анджелесе, где пришлось срывать фиалки в вазоне,
чтобы поздравить любимого мужа. Еще смолоду они вместе посещали кино, зимний
каток в Сокольниках, театры.
Из
воспоминаний Раисы Максимовны: «Мы с Михаилом Сергеевичем слушали его (Лучано
Паваротти - автор) в Большом театре. Одна ария, другая. Буря восторгов. Я
наклоняюсь к Михаилу Сергеевичу: «Неужели «Аве Мария» не споет?» «Подожди, — говорит.
— Наберись терпения: наверняка исполнит». А он поет все новые и новые вещи, но
— не «Аве...». Опять наклоняюсь: «Неужели?..» «Слушай, — улыбается Михаил
Сергеевич, — даже если вдруг и не исполнит, то так уж и быть — я тебе спою
здесь «Аве Мария». И добавляет: «Правда, боюсь, что это будет последнее мое
публичное выступление...».
Она хранила его
репутацию, и умалчивала о фактах давно минувших дней, когда на вопрос о том,
правда ли, что Михаил Сергеевич ездил в молодости бесплатно в трамвае,
ответила, что ей задают провокационный вопрос, дав шутливую наводку на ответ.
Летом 53-го,
перед свадьбой, им пришлось расстаться с Михаилом Сергеевичем на три месяца. К
каникулам присоединилась его учебная следственно-прокурорская практика. Жили
они эти месяцы ожиданием писем друг от друга... Тогда Михаил Горбачев писал
своей невесте: «...как угнетает меня здешняя обстановка. И это особенно остро
чувствую всякий раз, когда получаю письмо от тебя. Оно приносит столько
хорошего, дорогого, близкого, понятного…»
И через 30
лет Раиса Максимовна могла показать с десяток писем от Михаила Сергеевича, где
он писал, например, из Сочи, что купил ей туфли. А когда намечалась
командировка в Москву, то, как правило, составлялся длинный список на книги,
шторы, пальто, белье…А когда писал уже с места, то в конце отмечал, что подписал
ей всемирную историю, малую энциклопедию…и жалел только об одном, что
закончились деньги…
Первый президент
откровенно гордился выделявшейся на общем фоне женой, хотел, чтобы она и
выглядела лучше других. Горбачев подталкивал супругу быть на экране. Почти
каждая поездка включала в себя, т.н., женскую программу.
«Настоящая
природная принцесса. Раиса по своей натуре никогда за всю жизнь не явилась передо
мной лохматой. Утром она встала, привела себя в порядок, потом появляется», -
вспоминает Горбачев. С нескрываемым восхищением и улыбкой говорит, что в ней «жил»
профессор: по многолетней привычке работы в ВУЗе она общалась с людьми менторским
тоном.
Советской
публике было не понятно, почему Горбачев возит жену с собой? Он понимал, что ее
частое появление на экране вызывало волну недовольства у народа, и пытался
ездить сам. Но все валилось из рук.
Во-первых, Михаил Сергеевич плохо спал: нет рядом Раисы Максимовны и сна нет.
Во-вторых, чувствовал, что вроде ходит на те же встречи, а работает не более, чем
на 50% своих интеллектуальных возможностей. Она могла не говорить вообще ничего,
но ему необходимо было чувствовать, что она рядом, где-то в толпе стоит и
смотрит на него. А он перед нею в образе человека, не просто мужа, а мужчины -
умного, интеллектуального, мыслителя.
«Я — жена
главы Советского государства, по мере сил поддерживающая мужа, помогающая ему —
как могу, как делала это всегда, еще с юности, когда мы только связали свои
судьбы»...
«Он —
человек, имеющий собственное мнение и способный его сохранять, отстаивать с
достоинством. Но и это не все. Сегодня (…) думаю вот о чем. В нынешнем яростном
борении добра и зла, верности и предательства, надежды и разочарований,
бескорыстия и продажности я думаю о его врожденном человеколюбии. Уважении к
людям. Именно о врожденном. Это ведь не воспитывается — таково мое убеждение.
Не приобретается с дипломом — ни с каким. Уважении к людям, к их человеческому
достоинству... Думаю о его неспособности (боже, сколько я над этим думаю!)
самоутверждаться, уничтожая других, их достоинство и права. Нет, не способен он
утверждать себя уничтожением другого. Того, кто рядом. Вижу его лицо и глаза.
Тридцать семь лет мы вместе. Все в жизни меняется. Но в моем сердце живет
постоянная надежда: пусть он, мой муж, останется таким, каким вошел тогда в мою
юность. Мужественным и твердым, сильным и добрым. Чтобы мог, наконец, снова
петь свои любимые песни, а он, повторяю, любит петь. Чтобы мог читать свои
любимые стихи и смеяться — открыто, искренне, как это было всегда...»
Она видела
его именно таким, по-настоящему сохранив в сердце искренне уважение к мужу до
конца своих дней.
Михаил
Горбачев, лишившись своей Раисы, словно искру потерял: рядом больше нет жены и близкого
друга, а значит, нет и опоры. Все достижения и победы остались в прошлом вместе
с ней. В память о любимой он создал в Петербурге Институт детской гематологии имени Р.М.Горбачевой. А в 2009 году вместе с Андреем Макаревичем Михаил Сергеевич
записывает диск с ее любимыми романсами. Это его признание ей в любви - первой
и единственной.
По
материалам:
Книга Р.М.
Горбачевой «Я надеюсь»
Комментариев нет:
Отправить комментарий